профессор

rabinovin


Журнал сочинителя нетрадиционной умственной ориентации


Поделиться Следующий пост
«Привилегия низшей расы», рассказ (1 часть)
профессор
rabinovin

© автор — Сергей Марьяшин, 2009

Огромная туша звездолета выскочила из ниоткуда и замерла, заслонив собой половину черного, испещренного миллионами сияющих точек неба. Некоторое время, пока останавливался подпространственный двигатель, звездолет висел неподвижно. Потом взревели басом планетарные ускорители, корабль вздрогнул и медленно двинулся с места. Оглушительный звук заполнил внутренности корабля; снаружи его окружали вечные тишина, холод и пустота. Звездолет держал курс на одну из планет ― третью по счету, если считать от звезды ― периферийной системы, находящейся почти на самом краю галактики.

Гигантский звездолет в виде переломленного вблизи середины эллипсоида (эта форма считается очень внушительной и изысканной в культуре Каарл-ка-Каарл) принадлежал Комиссии по Международным делам Империи Каарл-ка-Каарл ― одной из наиболее могущественных и влиятельных цивилизаций космоса. Его пассажирами, а точнее, одним пассажиром ― ибо эти существа представляют собой единое сознание, живущее во всех моллюскообразных головоногих телах представителей этой древней расы ― был чрезвычайный и полномочный посол Империи по имени ка-Каарл. В действительности на корабле находилось пятьсот или семьсот особей ― он точно не знал, сколько ― но все они были им, ка-Каарлом.

Как известно, присущее этой расе безличностное сознание является самой естественной и широко распространенной формой жизни в Галактике. Единое сознание, оперирующее миллионами тел, словно отдельными частями гигантского организма ― единственно возможный способ существования достигшего истинной зрелости разума. Ученые Каарл-ка-Каарл убедительно доказали это, и случающиеся время от времени открытия новых обитаемых систем неизменно подтверждают их правоту.

Однако на окраинах Галактики ― там, где находился сейчас посол ка-Каарл ― в силу каких-то еще не изученных законов природы, царит совершенно иная картина. Цивилизации здесь встречаются редко, и почти все они представляют собой совокупность отдельных индивидуумов, управляемых автономными сознаниями. Для Каарл-ка-Каарл это нонсенс, абсурд; и все же эта нелепица загадочным образом функционирует. Ученые полагают, что в действительности их сознание едино, но по неизвестным пока причинам оно об этом не знает и поэтому ведет себя так странно, обманываясь и притворяясь множеством отдельных существ.

Имея дело с представителями подобных культур, ка-Каарл, как и многие его коллеги по дипломатической работе, вынужден был постоянно изображать целый коллектив отдельных самостоятельных особей ― чиновники в Международной Комиссии считали, что притворяться необходимо, чтобы не вызвать у представителей малоразвитых цивлизаций культурный шок, который, несомненно, приведет к провалу переговоров. Наверное, эта политика была правильной: все новые и новые системы присоединялись к Торговому Соглашению, что, собственно, и являлось основной целью Комиссии. Соглашение способствовало увеличению межпланетной торговли и росту галактической экономики, в чем Империя Каарл-ка-Каарл, в незапамятные времена сделавшая ставку на мирную экспансию, была кровно заинтересована.

Обратной стороной медали стали многочисленные психические проблемы у дипломатов. Вынужденные постоянно притворяться отдельными организмами, они постепенно свыкались с этой странной ситуацией и, выходя на пенсию, часто обращались к помощи психиатров, чтобы вернуться к осознанию истинного положения дел. Профессиональной деформации личности не избежал и ка-Каарл. Правда, он был пока далек от того, чтобы прибегать к лечению. Напротив, постоянное раздвоение, растроение ― и так далее ― даже начало доставлять ему определенное удовольствие; он в какой-то мере наслаждался своей шизофренией, надеясь, что сумеет вовремя остановиться. Сейчас он предпочитал фокусировать сознание в основном в двух особях: "посла", ка-Каарла, и его секретаря с тем же именем, которого он заставлял называть себя ― посла ― "милордом" и "Вашим превосходительством". Он, слава Гоузеру, пока не дошел до того, чтобы давать своим организмам разные имена ― это крайняя степень личностной деформации, которая случается редко и считается неизлечимой. Существует даже теория, утверждающая, что если разделить Каарл-ка-Каарл при рождении, дав им разные имена и внушив идею, будто они являются отдельными индивидуумами, они уже никогда не смогут вернуться к нормальному состоянию и до конца жизни не узнают истинного положения вещей. Но эта теория остается теорией, ибо никто не станет проводить столь изуверские опыты над детьми.

Остальные члены экипажа ― несколько сотен особей ― по мере необходимости изображали команду звездолета, охрану, разведчиков, почетный караул, слуг и так далее, причем все чаще не только во время переговоров, но и при перелетах в межзвездном пространстве, когда совершенно не было нужды разыгрывать этот глупый спектакль. Иногда ка-Каарл, продолжая играть роль посла и все чаще забываясь, нагружал их всевозможными обязанностями, порой тяжелыми и неприятными: например, заставлял очищать от налипших ракушек и водорослей стены заполненных водой коридоров звездолета. Заигравшись, он упускал из виду, что изводит своими поручениями самого себя.

По мере набора скорости голубая с вкраплениями белого пара планета приближалась, стремительно увеличиваясь в размере и заслоняя собой безмолвную черноту на центральном экране командной рубки. Согласно имперскому каталогу, маленькая желтая звезда, центр этой системы, называлась Фыыррлл23793445. Она имела десять небесных тел, однозначно классифицируемых как планеты, и на одном из них ― третьем по счету от звезды ― существовала разумная жизнь. И не просто разумная, а очень активная жизнь. Пожалуй, в экономическом смысле даже чрезмерно активная: резко увеличившиеся в последние несколько циклов поставки редкоземельных металлов, газов и биоматериалов с этой планеты уже не раз обрушивали котировки на галактической товарной бирже. Регулирующие органы отстранили ее от торгов, но, как это часто бывает, вскоре эти товары всплыли на черном рынке, что еще сильнее разбалансировало межпланетную торговлю. Очевидно, следовало как можно скорее загнать предприимчивых дельцов в общие рамки ― а именно для этого и существовало гарантируемое всей мощью Империи Каарл-ка-Каарл Торговое Соглашение, с его сложной системой квот, сдержек и противовесов. Эту важную миссию поручили ка-Каарлу, опытному и авторитетному дипломату, на чьем счету было немало успешных переговоров, завершившихся присоединением новых систем к Соглашению.

Этот визит был уже вторым. Когда он прилетал в первый раз, поначалу все шло гладко; прибыв в систему, Ка-Каарл вступил в контакт с властями планеты. О них до того момента не было известно почти ничего. Согласно полученным от биржевых торговцев сведениям, на планете хозяйничали представители расы Карраксов ― довольно неприятных сухопутных членистоногих большого размера. Их разум и социальная система относятся к ройному типу: всем заправляет матка улья, а остальные члены сообщества являются безмозглыми орудиями этой гигантской, обычно прячущейся в укромном месте самки. Форма жизни не совсем такая же, как Каарл-ка-Каарл, но в целом довольно сильно на нее похожая, так что особых сложностей не предвиделось. Ка-Каарл привез с собой пакет взаимовыгодных предложений, а в качестве дополнительного козыря на крайний случай ― полномочия для вызова имперского галактического флота. Пожалуй, этот аргумент был весомее любых экономических стимулов. К счастью, Карраксы не знали, что все квоты Международной Комиссии на использование флота в этом цикле уже давно выбраны и даже несколько превышены: некоторые коллеги ка-Каарла слишком часто призывали войска по делу и без дела, компенсируя военной силой недостаток своего профессионализма. Ка-Каарл надеялся, что он решит вопрос без привлечения силы (взять ее все равно было негде), с присущей ему ловкостью и элегантностью.

Первоначальные переговоры прошли чрезвычайно успешно. Хотя Карраксы, как обычно, вели себя несколько нагло и даже агрессивно, ка-Каарл, будучи опытным переговорщиком, ощутил их едва заметную, тщательно скрываемую неуверенность. Казалось, они сознавали шаткость своей позиции и это заставляло их идти на существенные уступки. Причин этому ка-Каарл поначалу не видел. Откровенно говоря, они его и не интересовали. Все, что он хотел ― это как можно скорее подписать договор и вернуться домой с очередным триумфом и повышенным административным рейтингом.

Первый раунд переговоров состоялся в зависшем на орбите планеты звездолете ка-Каарла. Посольство Карраксов прилетело к нему на челноке. Он принял их в зале для переговоров, эффектно восседая на всплывшем из бассейна берилловом троне ― он обожал эту церемонию и всякий раз наслаждался, наблюдая, как визитеры теряются от неожиданности и, как он думал, от созерцания его авторитета и величия. В тот день он с удовлетворением отметил, как у гостей отвисли хелицеры от изумления. Будучи сухопутными беспозвоночными, они боялись воды и с ужасом отпрянули от края бассейна, находясь на протяжении всей встречи в дальнем углу зала и почтительно поглядывая на него отттуда из своего членистопреклоненного положения.

Позже он еще несколько раз встречался с ними и в конце концов все первоначальные разногласия были улажены, а позиции сторон оказались согласованными. Они вышли на финишную прямую, впереди маячило подписание договора ― его новый успех! Все прошло так хорошо, что он удостоился невиданной чести. Матка Карраксов пожелала увидеть ка-Каарла лично и пригласила его в свой тайный подземный город. Он совершил этот визит, взяв с собой "секретаря", "слуг" и несколько сот "солдат" почетного караула; все члены делегации сидели в отдельных герметичных ваннах, установленных на антигравитационных платформах. Прием прошел на высоком уровне. Окруженная выстроенными в шеренги десятками тысяч солдат Матка ― огромная, высотой со средний звездолет, царственная самка со сложенными на груди лапами и черной треугольной головой, увенчанной четырьмя непроницаемыми обсидиановыми глазами, каждый размером с ка-Каарла ― шевеля чудовищными жвалами, произнесла ― через преобразователь смыслов, естественно ― трогательную речь о межзвездном единстве и братстве. Ка-Каарл ответил спичем, посвященным взаимовыгодным отношениям и торговле. Потом был пир, где обильно подавали блюда, изготовленные из местной фауны. Было весело и очень вкусно.

К сожалению, этот великолепный во всех отношениях раут оказался той точкой, с которой все пошло наперекосяк. В то время как посол был увлечен светской беседой и поглощением пищи, его секретарь ― ка-Каарл ― весьма некстати проявил изрядную наблюдательность. По возвращении на корабль он доложил послу свои наблюдения и возникшие в связи с ними мысли. Он заметил, что Карраксы, хотя и претендуют на владение планетой, физически и анатомически совершенно не похожи на ее коренных обитателей. Во-первых, они не в ладах с местной силой тяготения ― в их родных краях она явно ниже, и это легко заметить, глядя, как неуклюже и с каким трудом передвигаются по земле эти покрытые хитином жутковатые насекомые. Во-вторых, они не могут дышать в этой атмосфере. Каждый из них ― от Матки до простого рабочего или солдата ― был снабжен дыхательным аппаратом соответствующего размера; трубки от аппаратов шли прямо в трахеи. Это доказывает, что Карраксы ― гости на этой планете и не жили здесь раньше! В третьих ― и это самое важное ― секретарь обратил внимание на прислуживавших им хордовых сухопутных существ, прямостоящих на двух задних конечностях. Это были рабы или слуги, но точно не животные, ибо они явно обладали зачатками разума. Эти неизвестные существа отлично приспособлены для местной силы тяжести и свободно дышат в местной атмосфере. Напрашивается очевидный вывод...

― Все ясно! ― телепатически воскликнул тогда ка-Каарл. ― Карраксы ― пираты! Они захватили планету, поработили ее жителей и грабительски разворовывают ее ресурсы. Я сообщу об этом в Комиссию, добьюсь увеличения квот на военную силу, вызову войска и вышвырну их отсюда, вернув планету ее исконным обитателям ― этим несчастным хордовым гоминидам!..

― Я бы не стал торопиться с выводами, милорд, ― вежливо сказал секретарь. ― Вполне вероятно, дела обстоят именно так, но все может оказаться куда сложнее. Проделана большая работа, договор почти заключен, и, возможно, нам не стоит принимать поспешных решений.

― Наверное, ты прав... ― озадаченно сказал посол. ― И что же нам делать?

― Я полагаю, мы должны проявить осторожность, сэр.

― Осторожность? В каком смысле? Страдания угнетенного народа против выгод биржевых дельцов? Какая тут, к Гоузеру, осторожность?! Мы должны действовать немедленно! Нам нужно взвешенное решение, ка-Каарл ― такое, чтобы любой его результат послужил бы на пользу нашей карьере.

― Простите, милорд, но я должен предостеречь нас от слишком поспешных действий, ― со всей возможной учтивостью возразил секретарь. ― Я осмелюсь напомнить вам, что в бескрайних просторах Вселенной мы рискуем встретиться с самыми странными явлениями; и наш долг ― беспристрастно и тщательно во всем разобраться, чтобы, как вы совершенно справедливо заметили, эти явления, будучи неверно интерпретированными, не нанесли непоправимого ущерба вашей дипломатической карьере.

― Как ты мудрено изъясняешься, ка-Каарл, ― поморщившись, с досадой произнес посол. ― Ты не мог бы сказать яснее, что ты имеешь в виду?

― Конечно, сэр, ― ответил секретарь.

И он рассказал послу один примечательный случай, который произошел несколько сотен циклов назад на одной маленькой планете в окраинной, Гоузером забытой системе. Исследователи Каарл-ка-Каарл обнаружили там разумную жизнь, представленную странными летающими созданиями с красивыми перламутровыми полупрозрачными крыльями. Эти чудные создания, чье название история не сохранила (если желаете, я могу посмотреть в справочнике, сэр), не имели никакой экономики, однако их планета располагала значительными ресурсами в виде замороженных метана, аммиака и ряда других полезных ископаемых.

Как, вероятно, помнит милорд, галактическое право защищает интересы коренных обитателей планет, поэтому, хотя эти существа не умели сами добывать и продавать ресурсы, они могли продать эксклюзивные права на добычу и получать от этого дивиденды. Чтобы реализовать эту взаимовыгодную возможность, наша миссия ― ее возглавлял ваш коллега ка-Каарл... (Как же, хорошо помню его ― он, кажется, уже давно на пенсии? Гм... пожалуй, что так, сэр.) Так вот, миссия прибыла на планету, провела переговоры и приняла эту расу в Торговое Соглашение. И крылатые создания стали торговать квотами на метан и прочие ископаемые и минералы.

Но идиллия продолжалась недолго. Эти существа, не встречавшиеся на других планетах, вызвали большой интерес у ученых. Их изучали ― с их согласия, разумеется ― и пришли к неожиданному и ошеломительному выводу. Оказалось, что они неразумны! Более того, они были просто высшими животными, безусловно, с развитой нервной системой, но животными ― а разумными их делал гнездящийся в мозгу вирус, которым они были заражены все поголовно!

Когда обнаружили вирус ― это был именно вирус, и он приносил их организмам немалый вред ― с ним стали бороться. Все попытки лечения приводили к тому, что вирус погибал или, ослабнув, терял контроль над нервной системой этих несчастных существ ― и они немедленно ввергались в бессмысленное животное состояние, каковое было для них естественным до заражения! В конце концов стало ясно, что если на этой планете и есть разум, то он представлен именно вирусом! И, как это ни абсурдно звучит, с точки зрения галактического права именно вирус должен был заключать договор о вступлении планеты в Торговое Соглашение!

Но беда заключалась в том, что вирус не мог выступать в роли дееспособной стороны, поскольку прискорбным образом полностью отождествлял себя с отдельными крылатыми существами, на которых паразитировал. Естественно ― поскольку он воспринимал мир посредством их органов чувств, по другому и быть не могло.

Тогда на помощь врачам пришли психологи. Они пытались изменить самоотождествление аборигенов, убедив их считать себя не отдельными существами, а единым, распространенным на всю популяцию вирусом! Это казалось простым выходом, тем более что такой взгляд полностью соответствует нашему естественному представлению о разумной жизни. Они применяли уговоры, гипноз и даже наркотики, но преуспели лишь в том, что бедные аборигены вверглись в массовую шизофрению. Они никак не могли решить, кем считать себя ― очевидность подсказывала, что они крылатые существа, но наши врачи убедительно демонстрировали им, что они ― коллективное сознание их симбионта-вируса.

― И чем кончилось дело? ― в нетерпении спросил посол.

― Они все сошли с ума ― все до Единого, извиняюсь за каламбур. Межпланетный арбитраж рассмотрел этот случай и постановил, что подписанный договор является ничтожным ― то есть не имеющим юридической силы. Добычу метана запретили, компания-инвестор разорилась, а раса крылатых существ, не справившись с самоопределением, захирела и сошла со сцены, ― закончил секретарь.

― Кажется, я понимаю, что ты хочешь сказать, ― задумчиво пробормотал ка-Каарл.

― Именно, сэр: посол, заключивший с ними договор, был уволен за эту ошибку ― изгнан из профессии и покрыт позором. Все его прошлые заслуги были забыты, а репутация уничтожена. От нервного расстройства он заболел и через несколько циклов умер, ― сказал секретарь.

― Ты прав ― мы должны быть крайне осторожными в этом сомнительном деле, ― взволнованно согласился ка-Каарл. ― И что ты предлагаешь?

И секретарь изложил придуманный им план. Он посоветовал послу не разрушать уже достигнутые договоренности, а временно ― на один или два цикла ― приостановить процесс, сославшись на необходимость консультаций с метрополией. А самому воспользоваться паузой и попытаться собрать дополнительную информацию. Секретарь был весьма деликатен, внося это предложение; и вскоре посол с энтузиазмом принялся воплощать в жизнь свои, как ему уже начало казаться, идеи. Он тайно отправил на планету разведгруппу из сотен опытных бойцов Каарл-ка-Каарл с наказом выяснить, что представляют из себя виденные ими на приеме необычные сухопутные существа, есть ли у них цивилизация и правительство ― в общем, все, что только можно узнать.

Затем посол передал Царице составленную в крайне осторожных выражениях и снабженную пространными извинениями просьбу отложить ненадолго подписание договора в связи с нуждой в неотложных консультациях (сочинить текст он поручил секретарю) ― и тут же, не дожидаясь ответа, улетел. Он не видел, но легко представил себе ее ярость. Действительно, когда Матка получила его послание, она просто взбесилась. В приступе гнева она затоптала тысячи своих солдат, а обрушив потолок подземного города, похоронила под упавшей породой еще десятки тысяч. Ка-Каарл понимал, что вышло немного грубовато, но надеялся, что за время, пока он будет отсутствовать, его маленькая невежливость забудется.

Корабль болтался на окраине системы два показавшихся ему бесконечно долгими местных цикла. Все это время посол спал, писал отчеты в Комиссию и играл сам с собой ― то есть, с секретарем ― в Штрик-штрак. Наконец, он получил сигнал от разведгруппы. Командир группы, ка-Каарл, докладывал, что им удалось найти местную цивилизацию ― вернее, ее жалкие остатки.

Худшие подозрения подтвердились: до прибытия на планету Карраксов там была хоть и примитивная (они даже не знали о существовании жизни за пределами их планеты), но по своему процветающая цивилизация хордовых. Два десятка местных циклов назад прилетели Карраксы и чумой обрушились на их города. Силы были неравными, гигантские насекомые обладали технологическим превосходством (свои военные технологии они покупали, продавая в рабство население ранее покоренных ими планет) и быстро справились с сопротивлением. Сейчас местная раса находится у них в рабстве ― это их обычная манера действия. Карраксы используют аборигенов как примитивную рабочую силу, еду и источник биоматериалов, которые они в изобилии поставляют на товарную биржу.

Однако гоминиды не сдались. Остатки их армии, находясь в подполье, все еще продолжают безнадежную и неравную борьбу, но силы аборигенов на исходе. Разведчикам Каарл-ка-Каарл удалось обнаружить повстанцев и даже установить контакт с их командованием. Лидеры восстания готовы встретиться с послом и изложить ему свою позицию. Они чрезвычайно воодушевились, узнав о существовании Империи Каарл-ка-Каарл и надеются, что посол войдет в их отчаянное положение и окажет им военную помощь.
И вот посол вернулся. За время отсутствия ка-Каарл сумел выбить разрешение на вызов имперского военного флота, поэтому он был спокоен и готов к любому развитию событий. В Галактике не существует силы, способной противостоять флоту Каарл-ка-Каарл; вне всякого сомнения, Карраксы пойдут на любые уступки, лишь бы избежать войны.

Перед экраном в командной рубке собрались немногочисленные пассажиры звездолета: сам посол, его секретарь и капитан корабля. Остальные Каарл-ка-Каарл, члены экипажа, суетились в длинных, заполненных теплой водой коридорах, готовясь принять на борт челнок с разведгруппой и представителями местных повстанцев. Ка-Каарл молча смотрел на экран: он наблюдал за маленькой светящейся точкой, оторвавшейся от поверхности планеты и постепенно увеличивающейся по мере приближения к кораблю. Вскоре челнок приблизился настолько, что стали различимы его формы. Он был круглым, с тонким, напичканным антеннами хвостом, и чем-то напоминал плоскую крылатую рыбу.

На короткое время челнок заполнил собой весь экран, а потом быстро исчез, переместившись под брюхо звездолета, где находились стыковочные шлюзы. Ка-Каарл резко развернулся и поплыл в зал для приема делегаций, щупальцем велев секретарю следовать за ним.

Удобно устроившись на полупрозрачном каменном сиденье, посол распорядился пригласить прибывших. Сначала он принял командира разведгруппы и наиболее отличившихся разведчиков. Ка-Каарл выслушал командира; его доклад был очень длинным, по-военному сухим и изобиловал множеством ненужных (как показалось послу) подробностей. В частности, он сообщил, что разведгруппа обнаружила на планете древние пирамиды с установленными внутри микролептонными маяками, которые на стандартной частоте посылают в космическое пространство сигнал о том, что планетой владеют открывшие ее Карраксы. Рассказал он и о мощном оружии, которым гоминиды обладали до вторжения Карраксов, но почему-то не применили его против захватчиков.

Ка-Каарл едва не заснул. Под конец доклада он даже подумал, что напрасно назначил командиром такого зануду. Однако долгие циклы дипломатической работы взяли свое ― со стороны посол был сама любезность: вежливый, внимательный и очень заинтересованный. Когда командир, наконец, замолчал, ка-Каарл произнес речь. В ней он отметил бесценный вклад разведчиков в дело процветания империи, выразил им всем огромную благодарность, после чего наградил командира и наиболее отличившихся солдат боевыми орденами в виде больших алых жемчужин ― для империи, экспортирующей жемчуг грузовыми звездолетами, такого рода безделушки ничего не стоили, но награжденные солдаты, как считалось, должны были испытывать воодушевление и гордость.

Когда разведчики покидали зал, ка-Каарл задержал командира и попросил объяснить, что за странные штуковины он привез с собой: на краю бассейна лежало несколько грубо сработанных металлических предметов с неожиданными вкраплениями засушенной органики; об их предназначении можно было только догадываться. Командир знал, что посол любит инопланетные артефакты и постоянно увеличивает свою внушительную коллецию. Лучшим подарком, какой только мог сделать простой офицер своему господину, было какое-нибудь экзотическое устройство с очередной новой планеты.

― Это оружие предводителей аборигенов, милорд, ― ответил командир. ― Оно функционирует только в их атмосфере, но мы на всякий случай изъяли его. Я сослался на требования дипломатического протокола и они подчинились.

― Оружие? Как интересно! ― ка-Каарл в нетерпении заерзал на троне и подался вперед. ― Не могли бы вы рассказать, как оно работает?

― Разумеется, сэр! Оно основано на простом принципе: кусочки металла разгоняются в длинной трубке до высокой скорости ― настолько высокой, что на близком расстоянии они способны пробить даже хитиновый панцирь Карракса. Разрушив панцирь, они повреждают внутренние органы и враг погибает. Они могут с легкостью пробить и кожу Каарл-ка-Каарл!

― А, понимаю!.. Это что-то вроде электромагнитной пушки ― металл разгоняется магнитным полем? ― спросил посол, радуясь своей догадке.

― Простите, но ― нет, милорд. Эти штуки действуют вообще без электричества. В них использован химический принцип: специальный порошок поджигается в замкнутом объеме, происходят взрывы и расширающийся при взрывах газ выталкивает кусочки металла из трубки, ― доложил командир. ― Именно поэтому оружие работает лишь на их планете ― для сгорания порошка требуется кислород.

― Важный факт, сэр ― это доказавает, что аборигены являются коренными жителями планеты, ― вмешался в разговор плавающий позади трона секретарь. ― Будь они пришельцами, у них было бы оружие, основанное на иных принципах ― не привязанных к местным физическим условиям...

― Да, верно... Технология примитивная и варварская. Но, право, какие забавные, изящные вещицы! Как вы думаете, командир, наши гости... лидеры повстанцев... они не будут возражать, если я возьму эти предметы себе в коллекцию? ― с нескрываемым вожделением поинтересовался ка-Каарл.

― Они будут счастливы, милорд! Они надеются на нашу помощь и готовы отдать за нее все, что угодно.

― Вот и отлично! Тогда отнесите эти штуки в мой кабинет. И осторожнее, не поцарапайте их!

Когда оружие унесли, ка-Каарл объявил, что готов принять лидеров восстания. Секретарь тотчас отдал соответствующие распоряжения. Раздался низкий громкий гул; стена со стороны входа задрожала и начала медленно отъезжать в сторону, освобождая огромный проем. Когда движение прекратилось, из глубины коридора в зал вплыл высокий, похожий на аквариум, параллелепипед из прочного прозрачного материала. Внутри параллелепипеда, окруженные газами своей родной атмосферы, тщательно воссозданной корабельным компьютером, стояли прямоходящие хордовые гоминиды. Они были почти в точности похожи на своих собратьев, замеченных секретарем на приеме у Матки два цикла назад. По краям аквариума плыли "солдаты" Каарл-ка-Каарл, изображающие почетный караул. Подъехав вплотную к посольскому трону, параллелепипед остановился; низкий гул стих. Ка-Каарл нетерпеливо шевелил щупальцем, ожидая, когда секретарь настроит преобразователь смыслов. Наконец прибор заработал и переговоры начались.

Хордовых было пятеро. Они выглядели бы совершенно неотличимыми друг от друга, если бы не едва заметная разница в размерах. Их туловища оказались покрытыми тонкими материалами разного цвета и формы; эти материалы имели явно искусственное происхождение. У гоминид, замеченных в подземном городе Карраксов, ничего подобного не было, они обходились тем, что дала им природа ― розоватой, очень тонкой и непрочной на вид кожей. О предназначении странных покровов ка-Каарл решил не спрашивать, чтобы сразу не попасть в неловкую ситуацию. Врочем, у него возникла версия: они завернулись в эти странные разноцветные материалы для того, чтобы Каарл-ка-Каарл было проще различать их. Что ж, похвальная предусмотрительность, подумал посол.

― Приветствую вас на суверенной территории Империи Каарл-ка-Каарл! ― со всем возможным дружелюбием сказал посол. ― Я ― Посол ка-Каарл, а это ― мой секретарь и помощник ка-Каарл. Я уполномочен вести переговоры от имени Империи со всеми вновь открытими расами об их вступлении в галактическое Торговое Соглашение ― с целью и во имя всобщего процветания и благоденствия!

Это была официальная формула, с которой полагалось начинать переговоры. Ка-Каарл уже не вполне понимал, что означают эти слова, но он был профессионалом и мог без запинки произнести их, даже если его внезапно разбудят во время сезонной спячки. Преобразователь смыслов уловил телепатическое послание и перевел его в звуковые колебания, ожившие внутри параллелепипеда. Более странных звуков посол еще не слышал. Чего только не создал в этом мире всемогущий Гоузер, подумал он. Существа внимательно выслушали его приветствие. Потом заговорил тот, что стоял в центре. Он издавал такие же странные звуки и жестом верхней конечности показывал то на одного, то на другого члена своей делегации; преобразователь тут же озвучил его слова в мозгу ка-Каарла.

― Здравствуйте, господин посол! Я ― президент Соединенных Штатов Америки Говард Чэпмен. Это ― члены моего правительства, позвольте представить их: вице-президент Стивен Холлз, государственный секретарь Маргарет Оуэн ("самка, сэр", телепатически шепнул секретарь), министр обороны Гордон Фрай и министр безопасности Эдвард Палмер. Мы представляем народ Соединенных Штатов.

Продолжение

© Сергей Марьяшин rabinovin@gmail.com авторский журнал rabinovin.livejournal.com

  • 1
Нормально, в принципе. Только определись с единым сознанием: к примеру, "награжденные солдаты, как считалось, должны были испытывать воодушевление и гордость" никак с ним не вяжется.

А разные знания у единого разума (посол и секретарь) - это шизофрения? Ну-ну...

Это отчасти юмористический рассказ, просто юмор немного мрачноватый. Все противоречия "единого разума" с явным эгоизмом и ограниченностью посла, мудростью секретаря и прочими "нестыковками" были введены специально.

  • 1
?

Log in